МЕРТВЫЙ СИУ и ПИАНИСТ ДЖО ("Nowa Fantastyka" 255 (347) 9/2011). Часть 4
(НАСЛЕДИЕ КОНАНА – окончание)
Где дьявол не справляется…
В рядах варваров нашлось место и для женщины. Вопреки распространенному мнению, героиню создал не Роберт И. Говард, женщину попросту внедрили во вселенную Конана. Да, Соня из Рогатино действительно появляется в рассказе «Тень стервятника» (также «Тень Вальтары», “The Shadow of the Vulture”, 1934),
но она не имеет ничего общего с воительницей Рыжей Соней, известной по фильму Ричарда Флейшера, или комиксам о Конане. В рассказе Говарда, где действие происходит в шестнадцатом веке, Соня – девушка с польско-украинскими корнями, великолепный стрелок из пистоля, целью которой является кровавая месть султану Сулейману.
Рой Томас и БАРРИ ВИНДЗОР-СМИТ перенесли ее в гиборианские времена, поместив в одну из комиксных историй о Конане.
Сегодня Рыжая Соня в архетипическом ее представлении -- сексуальная женщина-воин, чему способствует ее нетрадиционный наряд: ее зачастую изображают в кольчуге, напоминающей нижнее белье, хотя в первых версиях она, как и Конан, была облачена в полную броню. Интересно, что такое представление удалось объяснить практичностью — в одном из комиксов, выпущенных издательством “Dynamite Entertainment”, Соня заявляет, что ее скудное одеяние имеет тактическое значение, поскольку отвлекает противника во время боя. Популярный, хотя и не пользовавшийся особой популярностью, фильм «Рыжая Соня», в котором заглавную роль играла датская актриса и манекенщица Бриджит Нильсен, опирается на комиксы, в которых подобным образом представлена юность воительницы.
Соня осиротела, когда ее родителей убили солдаты королевы Гедрен. Девушка отвергла любовные ухаживания правительницы, за что ее наказали коллективным изнасилованием. Фильм был обвинен в крайней гомофобии, поскольку непосредственным мотивом зловещих деяний королевы кинематографисты учинили невозможность достижения ею сексуального, лесбийского удовлетворения.
Рыжая Соня клянется отомстить, в чем ей поможет магическая сила. Но есть определенный нюанс, по крайней мере, в комиксах. Девушка потеряет чрезвычайно могучие боевые способности, если сплетется в любовных объятиях с мужчиной. Владеть Соней может только тот, кто победит ее в бою. В фильме эта идея немного изменилась: Соня дает обеты целомудрия по собственной воле, никто словом даже не упоминает о том, что она лишится своих выдающихся сил из-за секса. Финал фильма неоднозначен, Соня вроде бы целует воина Калидора (в роли которого выступает Арнольд Шварценеггер), но мы не знаем, останется ли она с ним или уйдет одна в поисках новых приключений. Независимо от того, чтобы бы ни произошло, Рыжая Соня -- своего рода антитеза женским персонажам, действующим в большинстве произведений героической фэнтези (heroic fantasy). Вроде она шествует в тесно облегающем ее тело костюме, подобно женщинам, разделяющим ложе с литературным Конаном, но у нее есть осознание собственной сексуальности, которую она учится принимать. Она самодостаточна, независима, чем подобна воительнице из другой вселенной – Зене, героине популярного сериала, которая на протяжении многих лет была иконой феминисток и лесбиянок — из-за своего упорства в достижении цели и неоднозначных отношений с подругой Габриель.
Родственники и знакомые Риддика
Варваром новой эры, вдохновленным не только литературой или кино, является Кратос, главный герой серии видеоигр "God of War".
Не вдаваясь в сюжетные перипетии, достаточно сказать, что этот спартанец -- не типичный греческий воин. Он больше похож на головорезов, подобных Конану, чем на Леонида. Уверенный в своей силе, он презирает доспехи и вооружен двумя клинками на цепях, которые мечет во врагов -- по замыслу создателей персонажа, это символизирует его звериную сущность, слияние с оружием. Само греческое слово “kratos” означает силу, и именно сила определяет этого героя. Как диктуют условности компьютерных игр, будущий бог войны идет по трупам к своей цели, невзирая на цену. Он -- эгоист, настоящий антигерой. Лукаш Орбитовский резюмирует: «Кратос – ультимативный варвар, смесь Конана с Лобо, но без чувства юмора. Его интересуют только садистская месть и возможность бродить по колено в крови виновных и невинных».
На Кратоса похож Риддик, футуристический варвар, один из последних представителей расы фурианцев, герой серии фильмов и видеигр, в роль которого вселился Ван Дизель.
Это беспощадный, жестокий убийца, непредсказуемый социопат, способный все же на героический поступок, если он пойдет ему на пользу. Риддик – типичный пример антигероя, покоряющего сердца зрителей с помощью тех же инструментов, что и его предшественники: сильной воли и физической силы. У Риддика также есть особая, приобретенная хирургическим путем (что, однако, не совсем ясно, игры дают ей другое объяснение) способность: он видит в темноте. Привлекательным для публики делает Риддика и Кратоса именно аура bad boy-а, непослушного мальчика. XXI век прославляет психопатов и серийных убийц, они принадлежат поп-культуре, они также проникли в игры и фильмы, идеально вписываясь в модель современного варвара.
Поляки не гуси…
... и свой канон имеют. Рафал В. Оркан писал о Быхтре, рослом убийце, который, несомненно, наследует герою Роберта Э. Говарда, и в нем больше духа Конана, чем ему, вероятно, самому хотелось бы признать.
Но не только благодаря этому несокрушимому крутому парню частичка киммерийского духа проникла в польскую литературу. Яцек Пекара написал роман «Госпожа Смерть» (под псевдонимом Джек де Крафт), заимствуя героя непосредственно из произведений американского автора.
Также был выпущен сборник рассказов «Варварский канон» (“Kanon barbarzyńców”), в котором восемь польских авторов выразили свое восхищение прозой Говарда, хотя только Рафал Дембский напрямую отдал Конану дань уважения. Наверняка, если хорошенько поискать, в отечественной литературе найдутся и другие следы варварского сапога (или сандалии). И, возможно, фильм с Джейсоном Момоа в главной роли вдохновит еще больше польских писателей на путешествие в горные дебри Киммерии.
Р.S. Напомню, что в блоге переводчика этой статьи и публикатора данного перевода можно найти также:
-- интересный материал, касающийся литературного отца Конана Киммерийского – замечательного американского писателя Роберта И. Говарда – по нижеследующим ссылкам:
МЕРТВЫЙ СИУ и ПИАНИСТ ДЖО ("Nowa Fantastyka" 255 (347) 9/2011). Часть 3
12. Статья польского журналиста Бартоша Чарторыского (Bartosz Czartoryski), напечатанная на стр. 4—6, носит название:
НАСЛЕДИЕ КОНАНА
(Dziedzictwo Conana)
«Конан Киммерийский, черноволосый, с угрюмым взглядом и мечом в длани. Вор, разбойник, убийца, столь же часто задумчивый, как и веселый, явился, чтобы обутой в сандалию стопою попрать усыпанные драгоценностями троны земных королевств».
Роберт И. Говард «Феникс на мече»
Варвар -- персона нон грата в цивилизованном мире, символизирующая некогда лишь дикость и жестокость, стал благодаря фантастической литературе живым мифом поп-культуры. Уничижительный оттенок этого слова, кажется, уже почти забыт. Сегодня оно используется почти исключительно для описания рослого, бесстрашного воина, который подобно ковбою или самураю в одиночку бродит по бескрайним просторам, имея в компании лишь изрядно зазубренный меч. Обладая непревзойденной физической силой и фехтовальным талантом, он может одним ударом обезглавить несколько врагов. Он пожирает мясо, держа в руке кость и отрывая мощными челюстями куски жареной плоти. Он способен осушить дюжину кружек пенящегося пива и залить выпитое сверху кувшином вина, а затем, той же уверенной походкой, что и перед пирушкой, отправиться в постель, сгребая по дороге трактирную девицу. Движимый животной похотью, он, словно магнитом, влечет к себе женщин. В нем есть что-то от славянина, что-то от кельта и немножко от германца. И, вероятно, все видят в нем бескомпромиссного Конана, жестокого воина из горной Киммерии, чьи странствия в поисках приключений кажутся бесконечными.
Многоликий Конан
Конан, этот черноволосый варвар с множеством новых лиц на протяжении десятков лет непрерывно раздвигает границы все новых и новых медиа, беспрестанно расширяя мир, созданный некогда на страницах дешевых журнальчиков Робертом И. Говардом.
Конан давно уже освободился от своего создателя, став достоянием поклонников по всему миру. Истории о нем были адаптированы для литературы, комиксов, кино и компьютерных игр. Но, несмотря на искажения восприятия, возникающие из-за избытка информации, нетрудно добраться до нутра -- до сути того, что составляет Конана. Определить, что собой представляет этот рослый головорез очень просто, так же просто, как и распознать незамысловатый характер и простодушную натуру варвара. Просматривая трейлеры к новой кинематографической версия приключений киммерийца, видишь, что конструкция персонажа Конана, похоже, не будет отличаться от той, к которой приучили зрителей и читателей предыдущие приключения самого известного в мире варварв, будь то на бумаге или на экране. Ибо Конан не может вырваться из тисков канона, ведь для выживания мифа необходимо сохранение его основ.
Если внимательнее присмотреться к историям о Конане, может показаться, и это справедливо, что ему свойствен откровенно антигеройский настрой, потому что, несмотря на несомненное сердечное благородство, им движет личное стремление во что бы то ни было выжить, разбогатеть или просто жажда приключений. Более поздние приключения, описанные уже после смерти Говарда его преемниками и эпигонами, придали варвару бескорыстный, героический характер, несколько смягчив образ киммерийского колосса. У Конона было мало моральных запретов и ограничений, он, казалось, придерживался принципа «цель оправдывает средства». Он голыми руками сокрушил тирана, сражался с гигантскими обезьянами, проломил десятки черепов в пьяных драках, но даже случайные его действия служили достижению некоей высшей цели. Таким образом, Конану, в каком-то смысле, было предначертано творение добра, он обречен был на служение правосудию, на склонение чаши весов к победе угнетенных. Вопреки распространенном мнению, Конан сражается не только мечом, но и разумом. Было бы трюизмом упомянуть, что наш герой обладает почти сверхчеловеческой силой и невероятно развитыми боевыми навыками, но мы, кажется, забываем, что киммериец также отличный стратег и выдающийся полководец и к тому же замечательный полиглот -- он говорит на многих языках и даже умеет читать древние руны.
В обоих фильмах, снятых по мотивам прозы Говарда — "Конан-варвар" и "Конан-разрушитель" — главный герой не всегда похож на литературный прототип.
Режиссер первой экранизации, Джон Милиус, предпочел представить зрительской публике вместо болтливого варвара молчаливого сурового воина.
Арнольд Шварценеггер идеально подошел на роль мускулистого колосса, который сначала наносит удары, а только потом задает вопросы. Однако дух литературных произведений Говарда были сохранен, и оба фильма идеально вписались в постепенно развивавшуюся вселенную Конана. Варвар стал героем мультфильмов, телесериала, комиксов и компьютерных игр.
Все культурное наследие Конана также полнится своеобразными курьезами. Интересной задумкой стал "Барак-варвар"(Barack the Barbarian), комикс ЛАРРИ ХАМА (Larry Hama), в котором нынешний президент США играет роль вымышленного храброго варвара.
Идея возникла в голове директора издательства комиксов “Devil’s Due Publishing” после того, как Обама в одном из интервью объявил себя поклонником Конана.
Старший и младший братья Конана
«Феникс на мече» -- рассказ Говарда, из которого взята приведенная в начале статьи цитата, представляет собой переработку другого произведения американского писателя, "Сим топором я буду править!», написанного ранее.
Главный герой этого опубликованного уже после смерти автора текста -- Кулл, варвар из Атлантиды, родившийся за тысячи лет до Конана. С преемником его связывают похожие, полные приключений судьбы -- Кулл на протяжении многих лет прокладывал себе путь к трону королевства Валузия, он был гладиатором, разбойником и моряком. Но, в отличие от Конана, Кулл часто мучился экзистенциальными болями и, подобно самому Говарду, впадал в меланхолию, граничащую с депрессией. Поп-культура не приняла Кулла столь же охотно, как Конана, и даже экранизация его приключений, осуществленная в конце 1990-х годов, осталась в тени Конана.
Первоначально сценарий, во многом основанный на романе "Час Дракона", должен был стать основой для третьего фильма с Арнольдом Шварценеггером, но съемки так и не состоялись, а Кевин Сорбо, утвержденный на исполнение главной роли, отказался играть киммерийского варвара.
Таким образом, Конан стал Куллом, а в сценарии появилось множество дыр. Воин из Атлантиды тоже проявил себя, благодаря издательству “Marvel”, а затем и издательству “Dark Horse”, на страницах комиксов.
Еще одна связь между двумя варварами Говарда и поп-культурой --персонаж Хи-мена, предположительно основанный на иллюстрациях ФРЭНКА ФРАЗЕТТЫ к прозе американского писателя.
Хи-мен возник как линия игрушек от компании “Mattel” и изначально появлялся только в серии иллюстрированных книг – в них он предстает благородным варваром, похожим на Конана или Кулла, и сражающимся со зловещим Скелетором. Только в популярном мультсериале, также транслировавшемся и в Польше, Хи-мен стал альтер-эго принца Адама, сына правителя Этернии.
И вот главное отличие Хи-мена от его предшественников: Адам -- потомок аристократов, своего рода буржуазный герой, вращающийся в высшем обществе, в то время как Конан и Кулл – выходцы из простонародья. Кроме того, Хи-мен действует в мире безвременья, в далекой Этернии, с одной стороны, напоминающей наше Средневековье, с другой – весьма технически и технологически развитой, где мечи и лазерные пистолеты одинаково эффективны в бою. В 1987 году, когда мультфильм «Хи-мен и Повелители Вселенной" находился на пике популярности, был снят фильм «Властелины Вселенной» (“Masters of the Universe”) с Дольфом Лундгреном в роли Хи-мена и Фрэнком Ланджеллой в роли Скелетора.
Картина оказалась провальной, и хотя время от времени всплывают слухи о планируемом римейке, ни один из проектов пока что не воплотился в жизнь. Возможно, ожидаемый успех нового «Конана» побудит какую-либо студию вложить деньги в фильм.